Глобальная Авантюра  
ФОРУМ
главное меню
  1. >
  2. Блог >
  3. Vediki977 >
  4. Иммануил Валлерстайн ушел из жизни

Иммануил Валлерстайн ушел из жизни

 
03 сентября 2019 07:43:05 / 04.09.2019 16:57:42   596 2 +1.54 / 19 +5.76 / 86
 


Кажется, что за событиями в мире очень многие пропустили новость о том, что 1 сентября 2019 года умер Иммануил Валлерстайн.

Валлерстайн родился в семье эмигрантов из Австро-Венгрии в 1930 году в Нью-Йорке. Учился в Колумбийском университете, занимаясь социологией и африканистикой (1951, бакалавр; 1954, магистр; 1959, доктор). В 1951—1953 годах служил в армии. С 1959 по 1971 год преподавал на факультете социологии Колумбийского университета, был самым молодым профессором.
В начале 1960-х годов был советником в администрации Кеннеди, и даже ходили слухи, что он получит назначение госсекретарем США. С 1971 по 1976 год — профессор социологии в Университете МакГилл (Монреаль, Канада). С 1976 по 1999 год — почётный профессор социологии в Университете Бинхэмтона (штат Нью-Йорк, США). С 2000 года — ведущий исследователь в Йельском университете. С 1994 по 1998 год занимал пост председателя Международной социологической ассоциации. Начиная с 1960-х годов занимался вопросами общей теории социально-экономического развития. Автор мир-системной теории, созданной под влиянием французского историка Фернана Броделя. Член редакционного совета журналов «Социальная эволюция и история», «Asian Perspective», «Africa today» и др. В 2004 году получил золотую медаль Кондратьева «за выдающийся вклад в развитие общественных наук».

«...факт в том, что в наши дни три великих разделения Х!Х века – «прошлое – настоящее» «Цивилизованное – иное» и «Государство – рынок - гражданское общество» абсолютно несостоятельны в качестве интеллектуальных маркеров. Невозможно выступить с серьезными заявлениями в так называемых областях социологии, экономики или политологии, которые не относились бы к истории, равно как и невозможно провести серьезный исторический анализ, не прибегнув к так называемым обобщениям, почерпнутым из других общественных наук. Зачем же тогда притворяться, что мы решаем различные задачи?»

Иммануэль Валлерстайн Конец знакомого мира. Социология XXI века (сборник)

Опубликовано в: Большой передел мира
+ 1.54 / 19

КОММЕНТАРИИ (2)

  в виде   дерева списка
 
  Vediki977
 
   
Vediki977  
 


Кажется, что за событиями в мире очень многие пропустили новость о том, что 1 сентября 2019 года умер Иммануил Валлерстайн.
Динамика глобального кризиса: тридцать лет спустя
Историческая перспектива

Валлерстайн Иммануил

Кризис продлится еще довольно долго и окажется весьма глубоким. Разгорается сложнейшая борьба за формирование нового политического и экономического порядка

На основе данной статьи г-н Валлерстайн выступит с докладом на Международной конференции «Современное государство и глобальная безопасность» (Ярославль, 13-15 сентября). Перевод Николая Эдельмана.

В 1982 году совместно с тремя коллегами мы издали книгу под названием «Динамика глобального кризиса». Первоначально она называлась «Кризис... что за кризис?». Американскому издателю это название не понравилось, но мы использовали его во французском переводе. Помимо совместного введения и заключения книга состояла из трех отдельных статей, написанных каждым из авторов.
Наша книга открывалась наблюдением, что «в течение 1970-х тема “кризиса” получала все большее распространение: из невнятных рассуждений, ведущихся в интеллектуальных кругах, она проникла в массовую печать, а затем и в политические дискуссии многих стран мира». Мы отмечали наличие множества определений так называемого кризиса, так же как и различных объяснений его причин.
К 1980-м годам слово «кризис» исчезло из языка, сменившись другим модным словечком, звучавшим более оптимистично. Речь идет о глобализации. Лишь с 2008 года снова возобладали мрачные настроения, и мы опять услышали разговоры о кризисе, еще более тревожные, чем в 1970-е годы, но все такие же невнятные. По­этому вопрос «кризис... что за кризис?», похоже, опять стоит на повестке дня.
В конце 1960-х — начале 1970-х годов в миросистеме действительно произошло нечто важное. Этот период ознаменовал собой начало спада в двух абсолютно нормальных циклах современной миросистемы: цикле гегемонии и общем экономическом цикле. Период с 1945-го примерно по 1970 год был эпохой максимальной гегемонии США в мировой системе, а также эпохой подъема в рамках кондратьевского цикла — наиболее мощного подъема из всех когда-либо случавшихся в капиталистической экономике. Французы называют этот период les trente glorieuses («славное тридцатилетие») — и с ними остается только согласиться.
Я назвал эти спады абсолютно нормальными. Чтобы понять это, следует иметь в виду два момента. Первый — всем системам свойственны свои циклические ритмы. Так они работают, так они реагируют на неизбежные колебания в их деятельности. Второй момент связан с принципами функционирования капитализма как миросистемы. Этот вопрос распадается на два: как производители извлекают прибыль и как государства обеспечивают такой миропорядок, при котором производители могут извлекать прибыль. Рассмотрим каждый из них по очереди.

Как извлекается прибыль
Капитализм — это система, смысл существования которой состоит в бесконечном накоплении капитала. Для того чтобы накапливать капитал, производители должны извлекать прибыль из своей деятельности. Однако действительно существенная прибыль возможна лишь в том случае, если производитель может сбывать свою продукцию по цене, значительно превышающей издержки производства. В ситуации идеальной конкуренции получить существенную прибыль абсолютно невозможно. При идеальной конкуренции (то есть при наличии множества продавцов, множества покупателей и общедоступной информации о ценах) любой разумный покупатель будет ходить от продавца к продавцу до тех пор, пока не найдет такого, который отпускает свой товар с минимальной наценкой, а то и вовсе ниже себестоимости.




Получение существенных прибылей невозможно без монополии, или по крайней мере квазимонопольного положения мировой экономической державы. При наличии монополии продавец может устанавливать любую цену, пока не выходит за пределы, задаваемые эластичностью спроса. Всякий раз, когда мироэкономика претерпевает значительную экспансию, мы можем выделить ту или иную относительно монополизированную ведущую отрасль. Именно производство в этой отрасли позволяет извлечь крупную прибыль и накопить большие объемы капитала. Ведущая отрасль тянет за собой все прочее производство, что и становится основой для общей экспансии мироэкономики. Мы называем этот период первой фазой кондратьевского цикла.
К несчастью для капиталистов, в любой монополии заложен механизм ее самоликвидации. Причина этого кроется в существовании мирового рынка, на который могут выйти новые производители, какой бы сильной политической защитой ни обладала данная монополия. Разумеется, для выхода на рынок требуется время. Но рано или поздно это происходит, и уровень конкуренции повышается. При этом, по утверждениям адептов капитализма, цены падают. Но одновременно снижается и прибыль. Когда прибыль от продажи ведущей продукции существенно уменьшается, экспансия мироэкономики завершается и начинается период стагнации. Мы называем его второй фазой кондратьевского цикла.
Согласно эмпирическим наблюдениям, совместная протяженность первой и второй фаз обычно составляет 50–60 лет, хотя их точная продолжительность варьируется. Разумеется, со временем могут быть созданы новые монополии, и тогда снова начнется фаза подъема, но механика этого процесса нас сейчас не интересует.

Как формируется миропорядок
Вторым условием для получения капиталистической прибыли является наличие более или менее относительного мирового порядка. Хотя мировые войны позволяют некоторым предпринимателям очень хорошо на них наживаться, они приводят к крупномасштабному распылению накопленного капитала и создают серьезные помехи для мировой торговли. В целом мировые войны сказываются на мироэкономике отрицательным образом, на что неоднократно указывал Шумпетер.




Чтобы общий баланс мироэкономики оставался положительным, необходима относительная стабильность. Обеспечение такой стабильности является задачей державы-гегемона, то есть державы, достаточно мощной для того, чтобы навязать относительную стабильность мировой системе в целом. Циклы гегемонии имеют гораздо большую длительность, чем кондрать­евские циклы. В мире, состоящем из множества так называемых суверенных государств, не так-то легко утвердиться в роли державы-гегемона. За последние несколько столетий это удавалось лишь трем странам — сначала Соединенным Провинциям (Нидерландам) в середине XVII века, затем Соединенному Королевству (Великобритании) в середине XIX века и наконец Соединенным Штатам в середине XX века.
Возвышение державы-гегемона становится результатом длительной борьбы с другими потенциальными державами-гегемонами. Всякий раз позиция гегемона доставалась такому государству, которому по различным причинам и различными способами удавалось создать наиболее эффективный производственный механизм, а затем выиграть «тридцатилетнюю войну» с основным соперником.
Опять-таки не будем вдаваться в вопрос о том, как это происходило. Главное, что как только конкретное государство достигает гегемонии, оно получает возможность диктовать правила, по которым работает межгосударственная система, одновременно стараясь обеспечить ее спокойное функционирование и максимально увеличить объемы накопленного капитала, перетекающие к его гражданам и производственным предприятиям. Можно назвать такое состояние квазимонополией на геополитическую власть.
Но державу-гегемона подстерегает та же проблема, что и ведущую отрасль. Любая монополия рано или поздно самоликвидируется. На то есть две причины. Во-первых, чтобы поддерживать мировой порядок, держава-гегемон время от времени должна прибегать к военной силе. Но потенциальная военная сила всегда выглядит более грозно, чем реально используемая военная сила. Применение военной силы ведет к материальным затратам и людским потерям. Оно оказывает негативное влияние на граждан державы-гегемона, которые поначалу гордятся победами, но, вынужденные платить высокую цену за военные действия, со временем утрачивают былой энтузиазм и начинают выражать недовольство. Более того, крупные военные операции почти всегда оказываются менее действенными, чем предполагали и сторонники, и противники державы-гегемона, и это укрепляет волю к сопротивлению у других стран, выступающих против данной гегемонии.
Во-вторых, состоит в том, что даже если державе-гегемону удается поддерживать высокую эффективность своей экономики, экономическая эффективность других стран тоже растет. Набираясь мощи, они лишаются желания подчиняться диктату державы-гегемона. Та вступает в период медленного упадка по отношению к усиливающимся державам. И пусть этот упадок происходит постепенно, тем не менее он фактически носит необратимый характер.
Миросистема заходит в тупик, из которого будет очень трудно выбраться. Этот тупик выражается в виде все более и более диких колебаний, которые практически обессмыслят какие-либо краткосрочные прогнозы — как экономические, так и политические

Триумф и упадок
Совпадение в районе 1965–1970 годов обеих фаз упадка (одна из них отмечала конец самой мощной в истории первой кондратьевской фазы, а вторая конец возвышения самой могущественной в истории державы-гегемона) и придало поворотному моменту особую остроту. Не случайно именно тогда произошла и мировая революция 1968 года (в реальности — 1966–1970 годов), ставшая выражением этого поворотного момента.




Мировая революция 1968 года возвестила начало третьего упадка гегемонии, а одновременно и впервые случившегося в истории современной мировой системы упадка традиционных антисистемных движений, так называемых старых левых. Старые левые — это, по сути, две разновидности всемирных социальных движений, коммунисты и социал-демократы (а в придачу к ним и национально-освободительные движения), медленно и упорно распространявшихся по миру главным образом в течение последней трети XIX — первой половины XX века. Движения старых левых, в 1870 году представлявшие собой слабое и политически маргинальное явление, примерно к 1950 году заняли ключевое место в мировой политической системе и превратились в серьезную силу.
Эти движения достигли максимума своих мобилизационных возможностей в период 1945–1968 годов — как раз тогда, когда чрезвычайно мощная кондратьевская фаза подъема совпала с расцветом американской гегемонии. Не думаю, что это произошло случайно, хотя мой вывод может показаться противоречащим здравому смыслу. Невероятный рост мировой экономики привел к тому, что предприниматели старались не допустить приостановки своих производственных процессов из-за конфликтов с рабочими, полагая, что подобные перебои обойдутся дороже, чем уступки рабочим, предъявлявшим свои материальные требования.
Разумеется, со временем это привело к повышению стоимости производства, что стало одним из факторов, покончивших с квазимонопольным положением ведущих отраслей. Но большинство предпринимателей действует ради максимизации кратко­срочной прибыли — допустим, на период в ближайшие три года, — не заботясь о том, что будет дальше.
Аналогичные соображения определяли и политику державы-гегемона. Ее важнейшей задачей было поддержание относительной стабильности в миросистеме. Соединенным Штатам приходилось сопоставлять затраты на репрессивные действия в мировом масштабе с ценой уступок требованиям национально-освободительных движений. И поначалу неохотно, но чем дальше, тем более решительно, США стали выступать за управляемую «деколонизацию», тем самым, по сути, приводя эти движения к власти.
Поэтому можно сказать, что к середине 1960-х годов движение старых левых добилось своей исторической цели, почти повсеместно придя к власти — по крайней мере номинально. Коммунистические партии правили одной третьей частью мира — странами так называемого социалистического блока. Почти во всех странах второй трети планеты — в панъевропейском мире — у власти находились социал-демократы, перемежаясь с другими партиями. Кроме того, следует иметь в виду, что принципиальная политика социал-демократов — построение государства всеобщего благосостояния — была также взята на вооружение и практиковалась сменявшими их консерваторами. Наконец, в большинстве стран бывшего колониального мира к власти пришли национально-освободительные движения (а в Латинской Америке — разнообразные популистские движения).
Подчеркну еще раз: старые левые пришли к власти «по крайней мере номинально». Большинство аналитиков и политических активистов сегодня склонны весьма критически оценивать успехи этих движений, сомневаясь в том, что их пребывание у власти принесло какие-то существенные плоды. Но это ретроспективная и исторически анахроничная точка зрения. Критики забывают об ощущении общемирового триумфа, именно в тот момент охватившего движения старых левых и их сторонников, — триумфа, основанного именно на их приходе к власти. Забывают критики и о чувстве глубокого страха, охватившего самые богатые и наиболее консервативные слои мира, — страха перед этим необратимым наступлением разрушительного эгалитаризма.


Скрытый текст
По ссылке на полную статью

Статья заканчивается следующими словами:

...Наконец, мы должны бежать как от чумы от идеи о том, что история на нашей стороне, что мы неизбежно придем к разумному и справедливому обществу в том или ином обличье. История не принимает ничьей стороны. Через сто лет наши потомки могут пожалеть обо всем, что мы сделали. Наши шансы на построение миросистемы, более предпочтительной, чем та, в которой мы живем, составляют в лучшем случае 50 на 50. Но и 50 на 50 это много. Мы должны поймать удачу за хвост, даже если она попытается от нас сбежать. Что может быть полезнее этого?

Отредактировано: Vediki977 - 04 сентября 2019 14:14:18
+ 4.09 / 64
 
 
  dc93
 
   
dc93   СССР
SPb
 
Динамика глобального кризиса: тридцать лет спустя
Историческая перспектива


...

знаменитого разделения собственности и управления. Это позволяет управленческой верхушке присваивать в виде ренты еще большую часть доходов компании, тем самым уменьшая размер сумм, причитающихся собственникам как прибыль или предназначенных для реинвестиций в производство. Этот процесс приобрел особый размах в последние несколько десятилетий.

...


Это не разделение собственности и управления. "Управление", в данном случае -- еще один вид капитала.

Когда я слышу HTML5, я хватаюсь за пистолет
+ 0.13 / 3
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

AFTERSHOCK

     
  1. >
  2. Блог >
  3. Vediki977 >
  4. Иммануил Валлерстайн ушел из жизни
Глобальная Авантюра © 2007-2020 Глобальная Авантюра. Все права защищены и охраняются законом. При использовании любого материала любого автора с данного сайта в печатных или Интернет изданиях, ссылка на оригинал обязательна. Мнение администрации не обязательно совпадает с мнением авторов документов и комментариев, опубликованных на сайте.

CCBot/2.0 (https://commoncrawl.org/faq/)
Unknown

Яндекс.Метрика