Советник Шваба, эксперт Всемирного экономического форума Юваль Харари, автор «Sapiens: Краткая история человечества»: В недалеком будущем люди будут помнить, что все началось с ковидного кризиса. Это и есть момент перехода на полную цифровизацию, когда абсолютно все будет мониториться. Это момент согласия на тотальное отслеживание не только в тоталитарном обществе, но и в демократическом.
Самый важный момент наступит тогда, когда слежение за человеком будет не только внешним, но и подкожным. Сейчас происходит очень важный процесс в мире: мы «взламываем» людей. У нас есть возможность «взломать» человека, чтобы понять, что происходит у него внутри. Что движет вами, некий биометрический сенсор. Это переломный момент всей игры, ключ к лучшему пониманию людей даже больше, чем они сами себя понимают. Я часто привожу пример из своей личной жизни: я понял, что я гей, только когда мне был 21 год. Это решающая революция и ковид играл критическую роль, он убеждал людей легализовать тотальное биометрическое слежение.
Советник Клауса Шваба, эксперт Всемирного экономического форума Юваль Харари, автор книги «Sapiens: Краткая история человечества»: — В недалеком будущем, когда люди посмотрят назад, они будут помнить о том, что
все началось как раз с ковидного кризиса. Это и есть момент перехода на полную цифровизацию, когда абсолютно все будет мониториться. Это момент согласия на тотальное отслеживание не только в тоталитарном обществе, но и в демократическом.
— Самый важный момент наступит тогда, когда слежение за человеком будет не только внешним, но и подкожным. Пока мы еще ничего не видели. Сейчас происходит очень важный процесс в мире: мы «взламываем» людей. У нас есть возможность «взломать» человека, чтобы понять, что происходит у него внутри. Что движет вами. При этом самые важные данные – не о том, что вы читаете, покупаете или с кем встречаетесь, а что происходит внутри вас.
—
Позади нас две революции – революция компьютерной науки и революция в биологических науках. Они существовали отдельно друг от друга, но сейчас сливаются воедино.
Они сливаются воедино в некий биометрический сенсор. Это вещь, это устройство, это технология, которая конвертирует биологические данные в цифровые. Эти данные будут обработаны компьютерами и дадут нам возможность мониторить людей под кожей.
— Это переломный момент всей игры, потому что это ключ к лучшему пониманию людей даже больше, чем они сами себя понимают. Я часто привожу пример из своей личной жизни: я понял, что я гей, только когда мне был 21 год. И до сих пор думаю, когда мне было 15-16, как я мог это упустить? Что-то очень важное о себе я упустил.
— А
сегодня, или через 5 или 10 лет, алгоритм Microsoft или Amazon или от правительства будет уже знать об этом, когда вам будет 12 или 13 лет. Они будут мониторить то, что происходит у вас в голове. Когда вы, например, видите мальчика или девочку, играющих на пляже, куда направлен ваш взгляд? —
Это решающая революция и ковид играет критическую роль, потому что он убеждает людей легализовать тотальное биометрическое слежение.
Язык ненависти оказывает сдерживающий эффект на демократический дискурс в онлайн-среде. (c) Еврокомиссия